Как золотой мальчик из Deutsche Bank рухнул с небес на землю История взлета и падения молодого экспата Тима Уизвелла, на которого пытаются свалить вину за все беды инвестбанка в России. Где-то у побережья Коннектикута спокойно качается на волнах белоснежная 15-метровая яхта. На календаре 9 августа 2015 года, ее владельцу, Тиму Уизвеллу 36 лет, он вырос в этих местах. Он сидит в каюте — зеркальные очки, волосы растрепаны на ветру; живое воплощение здоровья и счастья. Наталья, русская художница, на которой он женился пять лет назад, лежит рядом. Неподалеку играют двое их маленьких детей. Ни одна деталь на этих фотографиях, загруженных Уизвеллом на Facebook, не напоминает о суматохе, которая на самом деле окружает молодого трейдера, оказавшегося в самом центре центре российского скандала вокруг Deutsche Bank AG (NYSE: DBИНВЕСТИРОВАТЬ), — скандала на 10 млрд долларов. Четыре месяца назад его пригласили в комнату, где было черно от строгих костюмов адвокатов, и сообщили, что с этого момента он отстранен от должности главы отдела по торговле акциями московского Deutsche Bank. Тим и Наталия Уизвелл. Источник: Facebook Как показало внутреннее расследование, проходившее под кодовым названием Project Square, отдел Уизвелла помог неким российским гражданам вывести из страны миллиарды долларов с помощью особой структуры транзакций, известных как «зеркальные сделки». Как сообщают осведомленные источники, сейчас Департамент юстиции США и Управление по финансовому регулированию и надзору Великобритании пытаются выяснить, нарушили ли сделки, проведенные отделом Уизвелла, законодательство о борьбе с отмыванием денег. Пока трейдеру не было предъявлено никаких обвинений, а обе структуры, якобы ведущие расследование, отказались от комментариев. Deutsche Bank заявил, что к концу года ему могут грозить штрафные санкции, связанные с российским скандалом. Банку явно не везет: на прошлой неделе обнаружилось, что для урегулирования другого расследования в США, связанного с продажей ипотечных ценных бумаг, ему придется заплатить ни много ни мало 14 млрд долларов, что более чем в два раза превышает сумму, выделенную банком на все судебные разбирательства. В результате его акции упали до самого низкого уровня за 20 лет. Банк, впрочем, заявил, что не намерен платить хоть сколько-нибудь близкую сумму, а его главный исполнительный директор Джон Крайан уже отверг предложения привлечь дополнительный капитал от инвесторов или потребовать финансовой помощи от государства. Бывшие сопредседатели правления Deutsche Bank Аншу Джайн (слева) и Юрген Фитчен на ежегодном собрании акционеров банка в 2015 году. Последствия Project Square были чудовищны. В июне 2015 года, спустя неделю после того, как стало известно о сомнительных операциях под началом Уизвелла, предшественники Крайана Аншу Джайн и Юрген Фитчен ушли в отставку, — и после серии скандалов, касавшихся в том числе манипуляций с процентными ставками и иностранной валютой, найти преемника оказалось не так-то легко. Российское инвестиционное отделение Deutsche Bank, когда-то приносившее ему около 500 млн долларов в год, где работало 200 человек, оказалось закрыто, — действительно трагический конец для одного из самых ярких сокровищ увядающей империи Deutsche Bank. Уизвелл, тем временем, укрылся с семьей на пляже в Индонезии, где, надо полагать, пытался справиться с личной трагедией. Еще недавно его превозносили как восходящую звезду — и вот уже обвиняют в уничтожении инвестиционного банка в России. Он не отвечал на звонки, сообщения в соцсетях или просьбы прокомментировать ситуацию, направленные через его адвоката, Екатерину Духину. Слухи о том, как Уизвелл и его отдел ведут дела, ходили по ночным клубам и барам, облюбованным московскими банкирами, задолго до того, как он покинул свой пост. В 2011 году российские власти приостановили лицензию одной из компаний-клиентов трейдера в ходе расследования по подозрению в отмывании денег. Bloomberg пишет, ссылаясь на внутренний отчет Deutsche Bank, что на офшорных счетах, принадлежащих жене Уизвелла, обнаружилось 3,8 млн долларов неучтенных средств, 250 тыс. из которых удалось проследить к компании, получавшей деньги в ходе «зеркальных сделок». Отчет в подробностях живописует, как отдел Уизвелла, где никогда не работало больше дюжины сотрудников, за четыре года провел тысячи «зеркальных сделок». Сам механизм оказался довольно прост. Компания приобретает ценные бумаги у московского Deutsche Bank за рубли, а другая организация, принадлежащая тем же лицам, но расположенная в офшоре, например, на Кипре, продает те же бумаги за доллары через лондонский офис Deutsche Bank. Затем организации переводят акции друг другу, завершая круг. Согласно отчету, за один цикл удавалось вывести из России от 10 до 15 млн долларов. Кто в итоге получал эти деньги, выяснить не удалось. «Зеркальные сделки» сами по себе вполне законны, но могут использоваться для отмывания денег, уклонения от уплаты налогов, или как способ обойти санкции. Конечно, Deutsche Bank удобно выставлять Уизвелла этаким воплощением зла, стоящим за всеми бедами организации, но бывшие сотрудники трейдера не согласны с такой оценкой. С одной стороны, каждого нового контрагента Deutsche Bank тщательно проверял отдел продаж, а если обнаруживались какие-то проблемы — то и отдел соблюдения корпоративных стандартов в Москве и Лондоне. Кроме того, каждый день список крупнейших сделок с акциями передавался менеджерам — и в России, и в Лондоне. На слушании, где Уизвелл пытался опротестовать свое отстранение, он заявил, что по меньшей мере 20 его начальников и коллег, в том числе два руководителя в Лондоне, знали о сделках и что они проводились регулярно и открыто. Однако пока уволенными оказались только сам Уизвелл и двое его подчиненных. Инсайдерская торговля была настолько распространенным явлением в команде Уизвелла, которая состояла из молодых экспатов, ведущих весьма бурную жизнь, что воспринималась как вполне законный способ поднять свои доходы, говорят двое бывших коллег уволенного трейдера. Один из его друзей в спешке покинул страну после того, как по неизвестным причинам сорвалась крупная сделка с олигархом; другой уволился, ловко заработав 1 млн долларов на распаде государственной монополии, в котором активно участвовал Deutsche Bank. Члены команды тратили тысячи долларов за ночь, покупали гоночные автомобили и яхты и сбрасывали пар на горнолыжных трассах для экстремалов и прыжках с парашютом. Уизвелл. Источник: Facebook Уилл Хаммонд, бывший исполнительный директор по продажам ценных бумаг, который пришел в Deutsche Bank вскоре после Уизвелла, готовит мемуары о своем пребывании в Москве под названием «Дьявольский порог». Он пишет: «Мы жили как рок-звезды. Россия прожигала свое благосостояние. Тогда все мы слишком много пили и слишком часто курили сигары». Вся эта история кажется немыслимо далекой от Олд Сейбрука, открыточного городка в штата Коннектикут, в двух часах езды к северо-востоку от Нью-Йорка, где Уизвелл рос в скромном доме невдалеке от пляжа. Его родители развелись, и Уизвелл с сестрой часто летали в Россию, чтобы повидаться со своим отцом, предпринимателем, у которого были деловые интересы на территории бывшего Советского Союза. За время этих поездок Уизвелл успел выучить русский. Вернувшись в США, он закончил колледж Колби в штате Мэн, где 50 лет назад учились еще его прабабушка и прадедушка по материнской линии. Получив диплом, Уизвелл переехал в Москву и устроился на работу в брокерскую компанию под названием United Financial Group, которая вела часть бизнеса Deutsche Bank на рынке ценных бумаг в России. Бывший менеджер компании, пожелавший остаться неназванным, вспоминает его первое собеседование. Уизвелл изложил план, который должен был заставить руководителей нефтяной отрасли инвестировать в российский рынок. План, по словам менеджера, никогда не сработал бы, потому, что большинство руководителей-нефтяников получают не так уж много денег, но инициативность Уизвелла всем понравилась. Банк предложил ему должность в отделе по торговле акциями. Руководители, заставшие рождение российского рынка ценных бумаг, рассказывают о настоящей финансовой золотой лихорадке, хорошо сдобренной водкой. Каждый день появлялись новые компании, приватизировались бывшие государственные гиганты, и сколотить состояние было легко как никогда. Поначалу Уизвелл был, выражаясь языком российского трейдинга, «офисной шестеркой». Бывшие коллеги говорят, что он бегал для своего босса за завтраками и загружал треки Jay Z на его iPod. Когда другие сотрудники уходили домой, Уизвелл оставался допоздна, сводя все отчеты за день. Он усердно работал, никогда не жаловался, и к тому же обладал легким характером — неудивительно, что вскоре все вокруг его полюбили. Штаб-квартира Deutsche Bank в Москве. Источник: Bloomberg Его продвижение в корпоративной табели о рангах было быстрым. Главной обязанностью Уизвелла было привлечение западных инвесторов, и какое-то время это было легко. Страной теперь управлял Путин, и в период между 2000 и 2007 годом, на фоне глобального сырьевого бума, средние темпы роста экономики превысили 7% в год. График российского фондового индекса за этот период напоминает северный склон Эвереста. И по сравнению с Уолл-стрит маржа была немыслимо высока. Одна из самых успешных тактик UFG заключалась в том, чтобы устроить западным инвесторам незабываемое время в Москве. Менеджеров фондов из Европы, Азии и США свозили в российскую столицу, а через три дня отправляли домой — потрепанными, но счастливыми. Руководители отдела иногда выдавали сотрудникам толстые пачки наличных, которые надлежало потратить в лучших оазисах ночной жизни Москвы. Как правило, клиента вели в частные комнаты в стрип-барах или в ночные клубы, где за 1000 долларов им удавалось преодолеть легендарный московский «фейс-контроль», пока те, кто не вышел лицом, толпились снаружи, вдыхая дым стоящих в ночных пробках Bentley и Maybach. Внутри акробаты на трапециях в стиле Цирка дю Солей раскачивались над бассейнами, полными полуобнаженных танцоров. История Deutsche Bank в России насчитывает более 100 лет. В начале 2000-х годов банк, стремясь к расширению, решил приобрести UFG, которая меньше чем за 10 лет стала крупнейшей инвестиционной компанией страны. В 2004 году Deutsche Bank выкупил за 68 млн долларов 40% компании и право завершить приобретение. Два года спустя, когда прибыль UFG резко выросла, банк заплатил за остальные 60% еще 400 млн долларов. Трейдеры и менеджеры по продажам, которым не исполнилось и 30, зарабатывали вдвое, а то и втрое больше, чем их более образованные сверстники в Нью-Йорке и Лондоне. Уизвелл с готовностью принял роскошь. Он купил квартиру в центре Москвы и снял дачу в Барвихе, одном из самых дорогих пригородов города. Его жизнь напоминала нескончаемую вечеринку. Как-то, проиграв спор на корпоративе в Турции, Уизвелл разделся догола и прыгнул в Босфор, где его ужалила медуза. На одной из вечеринок он познакомился с русской художницей по имени Наталья, и через несколько лет они поженились. О свадьбе, которая прошла в городе Ньюпорт, Род-Айленд, писали тематические журналы. В 2008 году ВТБ Капитал переманил почти 100 лучших сотрудников фирмы, фактически опустошив ее штат. Подступал финансовый кризис, и руководство банка в Лондоне не спешило заменить исчезнувших трейдеров. Клиенты отказывались от услуг компании, корпоративная деятельность застопорилась, и оборотам отдела так и не удалось восстановиться до докризисного уровня. Тем временем и Путин, похоже, отказался от своих старых обещаний продолжить прорыночные реформы. Тогда-то, в отсутствие заметных конкурентов, Уизвелл и был повышен до главы отдела по работе с ценными бумагами в России. Ему было 29. Экономическая ситуация ухудшалась, и богатые россияне отчаянно пытались найти новые способы вывести свои деньги из страны. Коллеги говорят, что корень всех бед Уизвелла можно проследить до одной встречи в 2011 году, когда Сергей Суверов, здоровенный, грубоватый брокер, представил ему Андрея Горбатова. Горбатов, которому не было и 40, успел открыть и продать несколько предприятий, а на тот момент был еще и кандидатом в депутаты. Вскоре одна из его фирм, Westminster Capital, начала в больших объемах продавать акции российских «голубых фишек» через отдел, возглавляемый Уизвеллом. Как правило, сделки, которые идут только в одном направлении, должны насторожить брокера, но Уизвелл и его коллеги почти не задавали вопросов до ноября 2011 года, когда власти приостановили лицензию Westminster Capital и нескольких других брокерских контор, обвинив их в отмывании денег. Транзакции по счету компании оставались замороженными в течение нескольких месяцев, проделав многомиллионную дыру в бюджете Deutsche Bank — к ужасу его руководства. На этом вся история могла закончиться. Но когда сотрудники Westminster Capital массово перешли в новую компанию под названием Financial Bridge, специальный отдел аудита Deutsche Bank, который должен защищать банк от клиентов с высокой степенью риска, тут же утвердил фирму в качестве контрагента. В 2013 году российские власти поняли, что здесь что-то не так, и аннулировали лицензию Financial Bridge, но к тому времени в офшорах была создана целая сеть небольших компаний, чей штат по большей части совпадал. Это позволило продолжить транзакции, и в период с 2012 по 2015 год через «зеркальные сделки» и другие подозрительные операции из страны было выведено около 10 млрд долларов, — 14% от общего оборота отдела Уизвелла. Расследование по делу началось в 2014 году, когда банк на Кипре связался с лондонским Deutsche Bank, чтобы обратить внимание на несколько необычно крупных транзакций. Позднее в том же году Центральный банк России призвал кредиторов избегать сотрудничества с рядом мелких брокеров, в том числе Rye, Man & Gor, — компанией, которую впоследствии приобрел Горбатов. Bloomberg пишет, что Алексей Куликов, партнер Горбатова, который сейчас отбывает в России срок по подозрению в мошенничестве, встретился с представителем отдела соблюдения корпоративных стандартов Deutsche Bank в кафе у московского офиса банка и предложил ему взятку, если тот позволит отделу продолжать транзакции. Сумму, которую он готов был заплатить, он написал на экране своего телефона. Согласно внутреннему отчету, представитель отдела отклонил взятку и сообщил о случившемся в Deutsche Bank. Горбатов отрицает, что его компании участвовали в незаконных операциях, и называет «зеркальные сделки» «выгодным способом обмена валюты». Куликов признал факт встречи с сотрудником Deutsche Bank, но отрицает, что пытался предложить ему взятку, говорит адвокат Куликова Дмитрий Чеснов. Сегодня яхта Уизвелла пустует. Отправившись в Индонезию, он оказался в подвешенном состоянии. Если он вернется в США, ему может грозить допрос или арест. Но и Москва перестала быть для него безопасным местом. В начале года друг встретился с Уизвеллом в Индонезии. По его словам, бывший трейдер выглядел хорошо и казался счастливым. Но с ним никогда нельзя сказать что-то наверняка. Источник: Bloomberg
Подробнее на https://ru.insider.pro/investment/2016-10-04/kak-zolotoj-malchik-iz-deutsche-bank-ruhnul-s-nebes-na-zemlyu/
